«Наконец-то, — подумал Дун Го, — эти комиссионные позволят мне зажить, как я всегда мечтал!» Играя роль посредника в переговорах о передаче прав собственности на поместье Цзянь Лоу господину Дяню, он буквально превзошел самого себя. Дело завершилось как нельзя лучше: по окончании шестимесячного срока главный регистратор Юэ скрепит договор печатью правителя.

Денно и нощно предвкушал он момент осуществления своих вожделенных мечтаний. Близится миг его возвышения! Вскоре он сможет позволить себе самые дорогие и изысканные удовольствия.

— Уже пять месяцев ты проводишь в праздности! С чего бы это? — удивлялись коллеги. — Неужели ты осуществил мечту своей жизни ?

— Пока еще нет, — торжествующе отвечал Дун Го, — но вскоре она осуществится.

«Отчего же семья не разделяет моей радости? — спрашивал он себя. — Отчего дядя советует избегать душевной привязанности к событиям будущего? Неужели они не понимают важности приближающихся перемен?»

— Ах, как это хорошо, когда ты твердо уверен в завтрашнем дне! — обратился однажды Дун Го к дяде.

— Желание уверенности в завтрашнем дне весьма похвально, — отвечал ему дядя, — однако едва ли оно осуществимо, если твое сознание не занято событиями дня сегодняшнего. Остерегайся, чтобы чрезмерная эмоциональная привязанность к еще не наступившим событиям не превратила тебя в раба собственных ожиданий. Ты славно потрудился, но теперь ты должен освободиться от ожиданий. Иначе их цена может оказаться слишком дорогой.

Но, вопреки предостережениям своего дяди, по мере приближения долгожданного дня Дун Го все глубже погружался в сладкие грезы, становясь при этом нетерпеливым и раздражительным. Отказываясь говорить и думать о чем-либо, кроме своих комиссионных, он стал несносен для родственников, коллег и кредиторов.

Перед наступлением условленной даты Дун Го получил письмо от господина Дяня. В радостном возбуждении он разорвал конверт и узнал, что в связи с неожиданной смертью правителя Юэ скрепление договора о продаже поместья Цзянь Лоу невозможно. Кроме того, сообщалось, что из канцелярии бесследно исчезла печать главного регистратора.

Дун Го так никогда и не смог полностью оправиться от потрясения, вызванного этими известиями. Долгое время родственники пытались довести до его сознания содержание еще одного письма, полученного несколько позднее; в нем господин Дянь сообщал, что, поскольку ни он, ни Цзянь Лоу не изменили своих намерений, покупка поместья все-таки состоится, хотя формальности потребуют дополнительного времени. Поэтому Дун Го не утрачивает права на получение комиссионных; правда, размер их будет намного меньше оговоренного.